Владимир Шарпатов: "...полет над Кандагаром был, как говорится, в порядке вещей. Выполнялся по всем международным правилам.
Так называемую амуницию в виде китайских патронов мы везли по установленному воздушному коридору. Из албанской Тираны в афганский Кабул.
Официальному правительству страны, которое давало законный отпор повстанцам-талибам".

Когда летели над Кандагаром, с земли последовала вдруг команда: "Борт 76842, заходите на посадку. Это - приказ!"
Говорили по-русски. Относительно причины ответили: "Для досмотра груза".
В хвост Ил-76 пристроился истребитель талибов, демонстрируя серьезность намерений. Бортинженер Бутузов предложил потянуть время.
Увы, хитрость не сработала. Из ангара вырулил и приготовился к взлету второй истребитель. С земли, тем временем, предупредили: "Открываем огонь на поражение".

Дальше был так-называемый суд. Хотя его решение было ясно заранее.
Экипаж посадили в "каменный мешок" под надзор часовых: Пятиметровые стены. Единственное внешнее окно - квадрат сантиметров 30 на 30.
Более года бесплодных дипломатических попыток вызволить заключенных и вот - тупик.

На аэродроме стоит самолёт. На взлетной полосе – минное поле, истребители – в воздухе, стингеры – на земле.
Но другого шанса уже нет.